же дурманящих средств или рабов. К сожалению, в некоторых отдаленных системах до сих пор процветала работорговля. Те же дейры охотно покупали людей для того, чтобы они трудились на непопулярных или опасных работах. У нас этим обычно занимались живучие гоблины. Не сказать, чтобы они совсем жили в рабских условиях в Рунтаре, но прав было меньше. С людскими планетами их не смешивали.
Морозовой нравилось играть роль таможенного инспектора. Она самолично обследовала груз и пассажиров судов, попавших в нашу западню-воронку. С нами в кооперации принимало участие несколько кораблей ординарного космофлота, которые помогали в обыске и допросах. Иногда и я осматривал экипаж или пассажиров на момент хаотических эманаций. Но никого толком не попалось в мои сети.
Я уже предвкушал возвращение в родную мастерскую Академии, однако рутинный рабочий день совершенно внезапно преподнес нам крайне неприятный сюрприз.
В воронке подавления вдруг начали всплывать крупные суда в большом количестве. Среди них я насчитал несколько эсминцев, фрегатов, а также один крупный крейсер. Причем потрепанный. По огромным пробоинам и запененным наспех участкам обшивки было хорошо заметно, что корабли побывали в серьезной передряге. Мы слегка напряглись, но затем заметили знакомые эмблемы на обводах корпуса.
— Наши, рунтарские суда! — заявил один из офицеров с фрегата. — Чей герб?
— Герб Актобы! Это барон Керн…
Договорить военный Академии не успел. Главный калибр крейсера исторг массивный эфирный сгусток и сразил не успевший отреагировать фрегат. Один из наших кораблей практически сразу был уничтожен потоковым огнем.
Потрепанные в боях с дейрами остатки флота взбунтовавшегося барона Кернье! Что он забыл здесь, в далекой периферии, клятый мятежник⁈
Глава 12
Следуя стандартным процедурам при засадах с помощью подавления варпа, я держался под хаотической маскировкой, пока другие силы проверяли входящие корабли. Первый порыв был — наброситься на проклятых бунтовщиков. И в ином случае Хаос мог бы поддержать данное желание. К счастью, свой голод до разрушений удалось утолить несколькими днями ранее, так что на рожон я бросаться не спешил. Разумом понимал, что одолеть войска барона Кернье мне в одиночку не удастся, как бы я ни старался.
В теории можно было провернуть схожий трюк с крейсером: проникнуть внутрь и сдетонировать реактор. Но здесь имелась одна проблема. Помимо крейсера, вокруг сновала куча судов разного калибра: от фрегатов до корветов. Я просто не смогу всех их перебить, даже если начну в открытую пользоваться Хаосом. Мощи потока не хватит.
— Всем курсантам: немедленно отступаем! — прилетел приказ с выжившего фрегата от старшего офицера.
За ним в погоню отправилось несколько кораблей. Защита фрегата едва сдерживала многочисленные попадания эфирных снарядов. Суда проштрафившихся курсантов отреагировали правильно и начали удаляться от врагов. Юркие корветы академии было сложновато догнать фрегатам и тем более крейсеру. Однако у барона Кернье имелся целый выводок истребителей, которые быстро сели на хвост незадачливым студентам.
— Недоумки… — пробормотал я. — Держали бы маскировку, как того требуют инструкции…
Скрыться от направленных радаров и внимания теургов они уже не могли. Курсанты спешно напитали эфирную защиту и принялись разбегаться. Я же медленно дрейфовал в ординарном пространстве, наблюдая за происходящим. Ситуация была крайне неприятной. В том плане, что среди союзников находился один человек, который был мне небезразличен. Как бы я ни старался держать дистанцию, успел слегка привязаться к ученице. Во мне не было уверенности, что я смогу остаться в стороне, если барон атакует Софию. Именно от подобных выкрутасов должен был защищать Кодекс Варпа. Но жизнь вносила свои коррективы в любые планы.
Морозова же не успела толком отреагировать на появление недружественных сил. Во время их появления она занималась осмотром грузового корабля, который ранее попался в наши сети.
— Это ловушка! — раздался по рации гневный голос княжны. — Здесь люди барона!
— Так вы полезли проверять наживку лично, ваше высочество? — проговорил по общему каналу язвительный голос. — В таком случае остальные корветы нас не интересуют. Скорее хватайте княжну. И обязательно живой!
— Попробуй, ублюдок! — выругалась София, тяжело дыша. Похоже, у них там шел бой. Во время практики телохранители не могли ее прикрыть. Впрочем, они бы ничего не смогли сделать против целого флота. — Мой отец раздавит тебя, словно насекомое, барон Кернье!
— Князь — трусливое брехло, которое не помогло в защите Актобы! — Аристократ принялся выплескивать всю накопившуюся злобу. — Ему не место на троне Рунтара! Править должны истинные наследники Талоранской империи, а не убогие выскочки! Время Морозовых уходит!
Очень хотелось выйти из тени и прийти на выручку Софие, но я понимал, что уйти мне не дадут. Корабль-приманку окружило больше десятка кораблей разных классов. Крейсер также подлетел ближе. Слова барона Кернье в какой-то степени меня обнадежили. Все-таки явился он сюда не за тем, чтобы отомстить мне, палачу его сына, а захватить среднюю княжну в заложники. И каким-то образом насолить Великому Князю. И раз они желают взять Морозову живой, то мне стоит действовать осмотрительнее, а не бросаться сломя голову.
Корабли Ахазина и Немова разорвались красочными разрывами. Двоих курсантов догнали. Мятежники жалеть студентов Академии не стали. Несмотря на то, что те не имели прямого отношения к Великому Князю. Совершенно обезумели после потери Актобы. В какой-то степени я их прекрасно понимал. Падение Талоран-прайм серьезно ударило по моей психике, даже к Хаосу заставило обратиться. Тем не менее прощать выходки бунтовщиков было нельзя. Вердикт для них оставался один: смерть.
А вот третий курсант по фамилии Шуман сумел повредить догонявший его корвет и уйти от погони. Отойдя на достаточную дистанцию от устройств подавления, курсант выскочил в варп и унесся в сторону ставки. Скоро в этом месте должен появиться рунтарский флот. Вот только барон вряд ли собирался задерживаться и давать полноценный бой.
— Княжна у нас! Ошейник нацепили.
— Про суда не забудьте, — напомнил один из людей Кернье. — Нам любой целый корабль пригодится.
— Да!
— Заканчивайте, — обронил сам барон. — Уходим через три минуты!
Я слегка расслабился, узнав, что София жива. Но иринитовые рукояти не бросил. Хаотический поток продолжал поступать в маскировочную сеть, создавая вокруг моего корабля непроницаемый черный купол. Излучение проникало внутрь, но наружу уже не выходило, уничтожаясь односторонним эфирным барьером. Главное теперь — это держаться подальше и не попасться под лучи направленного активного радара или не встретить чуткого теурга. Маскировочный кокон не был предназначен для того, чтобы отражать серьезные потоки излучения. Так что направленный пучок мог пробиться через эфирную пленку и выдать мое местоположение. Впрочем, весь окружающий космос толком не просветишь, особенно если корабль держится на удалении в несколько десятков километров. Все равно что
